Category: история

Br

Тогда считать мы стали раны, товарищей считать

Bas_relief_nagsh-e-rostam_al

Иранцы – народ странный. Раненый в голову не меньше русских. Вот как можно, имея такую историю и такое духовное наследие, упереться лбом в этих шиитских мулл и осознавать себя исключительно через них?

При царях Ахеменидах персы господствовали в Азии. При Аршакидах ведущую роль играли не совсем персы, парфяне, тоже ираноязычный родственный народ. И Аршакиды, и их преемники Сасаниды сотни лет почти на равных воевали с Римом. Можно вспомнить римскую катастрофу при Каррах 53 года до н. э., пленение императора Валериана в 260 году (на фото персидский рельеф, посвященный этому величайшему триумфу Ирана над Западом) или страх, который Шапур II внушал августу Констанцию, сыну Константина. Персы придерживались тогда зороастризма, не менее революционной религии, чем ислам в VII веке, однако собственной, «национальной». Арабов они с высоты своей древней колокольни всегда презирали и презирают до сих пор: дикари же! И тем не менее пафосно машут знаменами учения, принесенного дикарями и силой навязанного высококультурному народу.

Collapse )
promo rightview march 6, 00:18 123
Buy for 600 tokens
В России не верят в суды. Не верят в институты. Не верят в чиновников. Не верят в иерархов церкви. Не верят друг другу. Не верят, что ни во что «это» не верят. Однако твёрдо верят, что через «всё это», сплошь конкретно никакое, ложное и гнусное само по себе, веет некая «правда», некая…
Br

Ещё больше уважения

Говорят, Бог есть любовь. Почему не уважение?

Уважение неуловимо отлично от любви. Можно ли любить, не уважая? Можно уважать без любви?

Не есть ли любовь уважение к чужому бытию – уважение к бытию вообще, если уж пытаться определить одно через другое?

Присутствует один тонкий момент различия: любовь не всегда опирается на «любовь к себе», но уважение к чему-либо не встречается без базового уважения к себе. В любви человек может и потеряться, в уважении нет. Любовь бывает слепой и «безбашенной», с уважением обстоит иначе. Оно сохраняет в человеке то, что делает его человеком.

Способность уважать подразумевает определенную устойчивость, обременение себя субъектностью, внутренним идеалом, предъявление себе образца качества (который чтится и в себе, и перед собой, и вообще в других). Способность уважать подразумевает наличие ценностей! (Ценности приглашают субъектность на путь к сверхсубъектности.)

Соглашусь с irene_glotova, когда она помещает «достоинство» приблизительно на ту же позицию, где я располагаю «уважение». Именно в силу вышесказанного: достоинство – как уважение к себе – является источником уважения в целом, мироустроительного отношения к действительности.

Не о чём ином, как о близкородственном, идёт речь, когда идёт речь о «правом»: «Суть правого – уважение к себе, к собственной сущности». Тут звучит также определение «знатности», выступающей исторически значимой реализацией этой способности требовательно и настойчиво чтить себя поверх себя, «не щадя живота своего» – уважать свою родовую властную сущность.

Передача уважения в европейских языках фиксирует выход за пределы физической индивидуации как основу передаваемого. Уважение, транслируемое через местоимение «Вы» и обращение «господин» – это признание множественности. Это дань коллегиальности, в которой господство только и осознаётся как идея-и-сущность, поднимаясь над частными проявлениями. «Именно множественность экземпляров инкарнации – та среда, в которой нечто осуществляется в качестве идеи, превосходящей уровень непосредственно-эмпирического» (*). «Вы» — это обращение к власти: к корпоративному человеку и к корпорации в лице её представителя, считая корпорацией уже не общину, сословие, нацию, а неформализованный в текущую эпоху выделяющий человека способ самоопределения.

Множественностью в обращении обращающийся подчеркивает то, что уважает в себе, вынося это «вовне» в качестве сверхличной духовной сущности. «Господин» имеет смысл и заслуживает уважения как носитель «господства», объединяющего «других таких же». В путеводном английском слове-понятии gentleman слышится указание на родовую природу: джентльмен – это тот, кто понимает (и принимает) коллегиальный-коллективный (родовой) характер власти. Поэтому в английском языке презумпция уважения вообще растворила «ты» в «Вы». Есть только you.
Br

Эх, Юрь Михалыч, куда же ты?

Вспоминаю его злорадно гогочущим на трибуне съезда нардепов где-то в 1993 году, ещё до разгона. Те тогда вызвали его докласть обстановку в Москве и сурово пригрозили снятием за то, что он им не подыгрывал, подыгрывал Ельцину. И он так очень наглядно расхохотался на сцене под телекамеры: «Вы чо, дебилы? Вы кто такие ваще? Не вы меня ставили, не вам снимать, гы-гы-гы». Как щас помню эту смеющуюся, лоснящуюся, самодовольную физию во весь экран – чудотворного строителя демократии стране на зависть, сияющего града на семи холмах.

А вот ведь жизнь повернулась так, что на выходе строитель оказался золото, а не человек. Ну серебро по крайней мере. Ну, серебренник. И ничего, кроме ностальжи не внушает, ветеран и высокостойкий, высокоидейный христианнейший аксакал. И думаешь: что ж эти задним числом умищи 2010-х, Павловский этсетера – всё, что они родили в творческих муках, кончая тысячелетие, была, получается, замена вот этого московского мэра на вот этого питерского вице-мэра? Ай, да маладцы, ай да, иного-то им не дано! Ай, да плодовитые наши гении, айда куда-нибудь налево. В 2010 они опять порывались отличиться, инновационно моделировали Медведева лидером новой эпохи. Вот этого Медведева, который знаменит разве что тем, что его доверие утратил вот этот Лужков. И никому из участников потехи до сих пор не только не стыдно, но и не смешно. Сыплют себе комментариями с серьезным видом.

И почему только жизнь устроена столь экзотически: если не засветишься в какой-нибудь явной херне противосмыслице, никто от тебя никаких смыслов воспринимать не намерен? Пока не вляпаешься мордой в дерьмо, речи о чистоте недоходчивы. Пока Лужков не преуспел по части рьяно-дикого капитализма, его и слышать не хотели о недостатках кремлёвского капиталистического курса, кремлёвского неолиберализма. К 1999-му же все вдруг созрели, прозрели, остепенились. Да получилось как-то стыдливо набекрень.

Даже мульку про Крым придумал Лужков, а воспользовался по полной кто-то другой, разве нет? Носился он с ней с 1991 года, грел и тёр эту тему – словно ведал прозорливец, что некогда станет эта случайно подобранная под ногами дешёвка ценой спасения родины – от уклончивости царского рейтинга. «Единая Россия», вывалившись в 2000-м из кремлевского лона, отряхнулась, позаимствовала антикремлёвскую обличительную риторику лужковского «Отечества», которое громила накануне, да и загарцевала в будущее. Уже двадцать лет звучат без изменений речи в адрес «девяностых», которые впервые довелось услышать на съезде «Отечества» в 1999-м. Ничего нового.

Его «ход Примаковым» казался вообще беспроигрышным. Чекист во главе государства – притягательный образ, до которого впервые дотумкался Юрьмихалыч. Кремлёвские креативщики тупо копировали всё, что он делал. Ну вот такая страна – в которой копии всегда будут цениться больше оригинала. Страна имени коробки из-под ксерокса.

Оригинала теперь нет.
Br

Уважение

«Уважение» – так называется то нечто, которое обеспечивает баланс равенства и неравенства
в их взаимосвязи, обоюдный прогресс того и другого в человеческом обществе. Ибо уважение выравнивает, преодолевает пробелы и границы, пролагает коммуникацию поверх нагромождения барьеров, обстоятельств и условностей – и тем самым оправдывает и облагораживает отношения, которые заданы как отношения снизу вверх или сверху вниз.

Уважение открывает внутреннее единство сущности там, где эта сущность проявляет себя по-разному, где она дифференцируется по степени концентрации, выраженности, метафизической чистоты. Это – узревание своего в чужом, общность себя в многообразии форм в качестве ориентира.

Уважение иерархично в обе стороны – и сверху вниз, и снизу вверх, в том смысле, что иерархия (дословно «священная власть», «власть священного») им и отличается от аппаратной субординации, построенной по принципу: «я начальник – ты дурак, ты начальник – я дурак». Иерархия транслирует «культурное сознание» – знание о том, что начало, объединяющее людей, входящих в организацию власти (то есть власть как таковая), имеет ценность. Как раз это знание о власти как культурной ценности и передаётся по иерархической цепи – и на каждом этапе передачи соблюдается ритуал особого обращения с передающимся контентом: ритуал священнодействия.

Отдача и получение приказа – это сакральный момент, связующий того, кто его отдаёт, того, кто его получает, и сущность, на мгновение зависающую между ними. Её значением обусловлено уважение начальника и подчинённого в иерархической системе – примеры которой дают прусский офицерский корпус XIX - XX веков или французское дворянство времен Людовика XIII и Людовика XIV. (Известный мемуарист де Сен-Симон в главе о жизни Пюигильена, герцога де Лозена, того самого, который выведен в качестве антагониста в фильме «Ватель» с Депардье в главной роли, повествует, что «король-Солнце», как-то раз, находясь в состоянии крайнего гнева на этого своего приближенного, переломил и выбросил в окно трость со словами, что никогда не простил бы себе, если бы ударил дворянина – довольно показательный эпизод, если вспомнить склонность некоторых современных ему государей собственноручно лупцевать соратников.) Но в народной армии, избавленной от аристократических традиций, и хранящей как зеницу ока то самое краеугольное положение о начальнике и дураке (первое, с чем знакомили новобранцев в Вооруженных Силах Советского Союза), приказ передавался иначе, облекаясь в форму триумфа маленького человека, нечаянно обретшего славу, и норовящего сломать себе подобного, которому выпала позиция подчинённого. (Утрированно: «Э, ты, быдло, ну-ка быстро полетел исполнять, что я сказал, а то совсем урою».) В левой системе власти приказ излишен, если не унижает своей бессмыслицей и формой. Он сам себя отрицает в своём исполнителе.

Иерархия – это система культивирования уважения-подобия, ведущего вверх. Античный неоплатонический космос устроен «методом подобия»: подобие низшего высшему – его главный онтологический принцип (читаем, например, Прокла). Но последующий мир – это мир разрыва, образованный отпадением и греховностью; неподобие – его программная модель, деятельно отрицающая «подобных». Греховностью падшего творения обосновывает царь-инок Иван в письмах Курбскому наличие в нём института самодержавной, исключительной царственности не от мира сего – призванного обуздывать, смирять и сдерживать мировую скверну. В предшествующую эпоху мир сиял, проникнутый царственностью сверху донизу, от Олимпа до самой последней речушки, и ничто не могло послужить ей препятствием. Боги уважали мир, наполненный богами, мир уважал богов. А потом пришло время христианской любви, непроходимости падших и слабых.
Br

«Святой Аристофан»

Следует осознать, насколько беспрецедентна полемика Аристофана, о которой идёт речь в этом небольшом трактате. Она приоткрывает окошко в те общественные дискуссии, которые велись в Афинах времен Пелопонесской войны и позволяет судить об их уровне и изощрённости. Ясно, что это уже «вершина», итог продолжительной рефлексии по поводу себя, Спарты, своего пути в Пирей и обратно, демоса, знати, многочисленных пройденных цивилизационных развилок и вариантов.

Collapse )
Br

Теория Спарты, ч. 2

Сверхсубъектность

P_20180317_154201

Если открутить этот текст ко второму абзацу предыдущей части, можно продолжить перечисление вариантов ответов на вопрос, заданный выше. Настала очередь «во-вторых», так вот, во-вторых, следует предположить, что именно такое «правое государство» и имелось в наличии не только в Спарте, но всюду и всегда, когда при взгляде в прошлое вырисовываются контуры чего-то заслуживающего внимания, то есть ориентира. Ну, или примерно такое, отличаясь от реальности в собственном мифе, в собственном самосознании. Однако этот миф, этот идеальный образ весьма существенен для реальности, он неотделим от неё именно в силу своего от неё отличия. Под-лежащее по(д)нимается над-лежащим. Под-лежащее раскрывается над-лежащему. В-третьих, описание «правого государства», обобщая, задаёт проект, превосходящий аналоги и именно поэтому всегда актуальный, «стремящийся в действительность». Идеальная конструкция, которая опирается на прецеденты и традицию, но усиливает в них то, что делало их сильными – состоятельными и жизнеспособными – да, должна быть «состоятельной». Теоретически.

Collapse )
Br

Теория Спарты

IMG_3831

Мы описываем нечто, какую-то диковинную штучку или что? Оно вот такое и разэдакое, а, кстати, где? Где оно лежит? Это такая утопия?

Да, очень интересно изложена метафизика некоего государства, которое я называю правым. Ну и что? Приблизилось ли оно этим описанием к воплощению в реальность? Применим ли к нему онтологический аргумент?

Collapse )
Br

Время коллективизации

DSCN5801

В Риме времени расцвета победоносный полководец-триумфатор въезжал на форум на священной колеснице в тоге Юпитера с лицом, выкрашенным красной краской, и символизировал собой бога (буквально его статую в капитолийском храме). Но за плечом у него при этом стоял специальный служитель, который упорно гундел ему в ухо: помни, что ты человек. Легионы же, идущие в триумфальном шествии, ведя пленных царей, распевали шуточные песни про своего главнокомандующего. Этот критический сервис чрезвычайно важен для римского державного сознания, он входит неотъемлемым компонентом в триумфальный ритуал, знаменующий собой абсолютную вершину карьеры, как её трактовал самый сильный народ на земле. Почему? Потому, что римляне слишком уважали себя. Потому что они умели делать это – уважать себя, были превосходными знатоками и профессионалами в этом искусстве. Русские же в нём пока неуклюжие новички с улицы.

Collapse )
Br

«Патриотическая позиция»

Очевидна бредовость излюбленной российской манеры «отбрехиваться» от проблем ссылками на «А они там тоже так делают». Как уже говорилось, Путин регулярно прибегает к подобному трюку и цитирует вероятного противника в качестве образца для подражания и руководства к действию. Но в России это хитрое построение мысли, видимо, архетипично. Таковы здесь люди, любят они обманываться: вот в данном случае – вроде чего-то сказали, но чего? Ничего. Но их устраивает. Почему дядька в далёком Киеве хронически привлекается для трактовки вопроса произрастания лопухов в огороде тут у себя перед носом? А так удобнее местным обитателям – переводить тему качества дорог в лекцию о международном положении. С ними это прокатывает. У них с самими собой это прокатывает, точнее.

Collapse )
Br

Ещё пара гвоздей в товарища Сталина

Главный человеческий грех – это глупость. Умственная неполноценность, точнее. Все прочие проблемы – от неё. Аргументация сталинистов, восторженно мечтающих неограниченное число раз пройтись по тем же граблям, как правило на ней и базируется. Как уже говорилось, эти люди в упор не видят связи между явлениями одинаковой природы. Обычно они тупо абсолютизируют факт, куда им в данный момент угодно уткнуться взглядом, упуская контекст, связи и последствия, в которые он вовлечён. Например, Крым, из последних примеров (по ссылке). Сталин научил нечёсаных аборигенов читать и писать, Сталин построил им заводы, Сталин запустил их в космос, Сталин поднял над ними сверхдержаву. Дурни ставят на этом точку, они не в состоянии сообразить, какова связь этой идеологемы с тем, что случилось с оставленным хозяйством через пару десятилетий.

Collapse )