?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

(Вынес в отдельный пост комментарий на междометие и интересную цитату К. Крылова тут).

Смысл мифа, который построен в процитированном фрагменте текста, будучи вложен в некие условные уста, понятен. Он очень ярок и глубок. Но у подхода, который там применён, есть один недостаток. Кантовский императив формулирует, как я это называю, правый тип отношения к власти необходимым, но не достаточным образом. Как ни странно, он может описывать асоциальный гомеровский мир одиночек-циклопов с тем же успехом, что и «цивилизованный» мир разделения труда и коллективных идентичностей. Один господин – точно господин. Два господина – уже, возможно, ни одного господина, потому как вот же они собираются на дуэль с риском нанесения друг другу ран, несоместимых со здоровьем или жизнью. Но два господина, увидевших в себе единую сущность, решив оставаться собой и в добром здравии, формируют объективную сверхличную реальность господства, которая называется государством. Вот этого слова и не хватает в речи, которую произносит даже не просто немец, обращаясь к немцам, но глава немецкого государства, адресуясь к его будущей элите. Чиновники и полицейские есть, про государство забыли. А ведь дух, который живёт в господствующих, проявляясь, объективируется в своём единстве: всеобщее в себе становится предметом для себя, и при этом не теряет себя как дух, как личностное начало в этой объективности, подобно художнику, который не теряет, но находит себя в произведении искусства.

Если каждый «господин» индивидуально «с нуля» решает, как в конкретном случае выражается «всеобщий закон, который хорош для всего мира, всей Вселенной», то процесс принятия таких решений, ввиду их сложности, может сильно затруднить социальное коллективное действие и взаимодействие. Вот почему императив применим в наиболее общих ситуациях, да и в них приходится часто вспоминать заповедь «каждому своё». Говоря иначе, императив не заменяет собой государства. Канта недостаточно, поэтому и Гегелю тоже пришлось быть… немцем )). И, наконец, поскольку всё познаётся на фоне противоположности, в речи мифического действующего лица ощутимо недостаёт «других». А без них – никуда )). Если понизить мифичность на один градус и вспомнить, что «кровь» сама по себе не панацея, а два немца де факто необязательно равны друг другу в своём отношении к величию, то я бы потратил несколько больше красноречия на «противоположный полюс».

В продолжение сказанного приведу (с сокращениями) выдержки из другого шедевра мифотворчества, опубликованного в журнале «Ориентация» № 4, вышедшем весной 1995 г. (журнал продавался, например, в киосках тогдашней Госдумы). Он тоже разворачивается в пространстве альтернативного видения истории, приписывая ей то самое, чего в ней явно не хватает. В этом экскурсе в воображаемый мир, аналогично, фигурируют полуреальные персонажи: Жуков, Варенников, Проханов и т. д., при отчётливом понимании условности посвященных им слов. Кстати, одна из целей текста – прояснить внутренний смысл известного изречения Сталина в беседе с Мехлисом во время войны: «нет у нас Гинденбургов».

Итак, почему бы не представить себе, по образцу речи Перикла или придуманного Крыловым рейхспрезидента монолог некоего экзальтированного апологета имперской самоидентификации, который, обращаясь к своим слушателям, влиятельным людям великого государства, поднявшегося изнутри СССР, переоткрывая им их самих, отделяя их от тех, кем они не должны быть, говорит следующее, имея в виду своих легендарных предшественников-«бонапартистов», упразднивших коммунизм, но сохранивших страну:


«Суть дела заключалась в том, что такие люди, одухотворенные государственники, носители державного властвования обладали… сущностно аристократической независимостью и мало вписывались в атмосферу общества, сформированного левой коммунистической идеологией. <…> Державное самосознание (самосознание высшей властно-организующей реальности), которое дарует этим людям так отличающую их независимость и гордость и делает их незаменимыми в деле спасения страны, — есть правое самосознание. Люди, о которых идет речь, — это патриоты римского типа, и, как и 20 веков назад, формулой их мировоззрения явилась бы идея священности Государства. Не «коммунизм», но идеология «священнодержавия», сакральной имперской государственности должна быть оптимальным идеологическим выбором, соответствующим их личностному человеческому выбору. <…> Те, чьими усилиями создавалось и крепло (а точнее, «осуществлялось» и «воплощалось») Государство… находили и утверждали себя не в «мире», но в возвышающейся над миром абсолютной властной реальности. Именно это позволяет — а точнее, побуждает — идентифицировать их как личностей высшего типа, носителей высшего самосознания. <…>

Люди, которым свойственно находить и утверждать себя в высшем, в утверждении имперской Власти, — суть «высшие люди», и никак иначе тут не скажешь. И далее должно быть со всей отчетливостью осознано, что мышление, которое демонстрируют эти люди своим личностным выбором, является прямой противоположностью мышления «восставшего пролетариата», в каких бы то ни было формах. Самосознание Власти, вечного и неумолимого имперского Господства — и самосознание «восставшего пролетариата», «слабых и угнетенных», «бунтующих или покорных (это неважно) низов»: что между ними общего? <…> Однако большинство исследователей нашей (да и всякой иной) истории ухитряются вообще не заметить этой оппозиции. Между тем, «слабые и угнетенные» есть и будут всегда и везде (именно потому, что носят и будут носить в себе дух слабости и страдания), ибо никто не является «слабым и угнетенным», если у него нет к этому желания, а желание это (дух страдания) в человечестве неистребимо. Поэтому у каждого остается выбор: с кем ему быть? С державно властвующими или же с теми, кто сам определил себя в качестве «маленьких людей»? И если человек делает выбор в пользу высшего, т. е. осознает себя в качестве носителя имперского властвования, то он тем самым отталкивается от образа мыслей и чувств «маленьких людей», показывает, что не имеет с ними ничего общего. <…> Тот, кто преисполнен духом Власти, в ком ее идея стала сущностью, уже не задумывается о «последствиях», о возможности потерь, страданий, лишений и т. п.— как раз задумываться об этом и значит: быть «маленьким (= страдающим, доступным страданию)» — человек высшего типа преодолевает подобные раздумья и действует так, как велит ему его сущность. <…> Различение двух типов мышления, двух вариантов самосознания, исходящее из того, что человек сам относит себя или к высшим, или к низшим (в первом случае это «правое» самосознание, во втором — «левое») играет решающую роль в анализе военной и предвоенной судьбы советского общества. <…>

Государственная идея — это абсолютно не «идея аппарата». Государство — цель. Аппарат — средство. Государство нуждается в господах и героях римского типа, в патриотически и державно ответственных личностях. Аппарат культивирует лакейскую гибкость позвоночника.<…>

Дух (идея) силы есть то, что пробуждает и организовывает, приводя к единству, силу, все сильное мира. Такое иерархическое, организованное единство силы вокруг идеи сверхсилы и называется империей. Это — единство мира в силе, правое единство, альтернативное левому, низшему единству тоталитаризма — единству в рабстве (слабости, покорности, пассивности, повиновении). <…>В основе организующей способности находится… самосознание Власти… Это самосознание… мы прежде обозначали как, во-первых, «религиозно-имперское», а во-вторых, как «правое». И мы сейчас должны воспользоваться случаем, чтобы еще раз, глубже и точнее определить, что это такое: самосознание господ, безусловно высших, рожденных, чтобы править, находящих себя не в сфере вещей, а в сфере власти, действия, в духовной сфере господства над вещами. <…>

Целью исторического развития должно быть воспитание человека-повелителя, высшего человека, и только это может называться «прогрессом» в серьезном значении данного слова. В конечном счете борьба сегодня идет как раз вокруг того, будет ли в дальнейшем под словом «прогресс» подразумеваться прогресс техники, или же это слово станет обозначать духовное развитие. В своем нынешнем значении «прогресс» — это не что иное, как самый настоящий регресс. Человек вырождается, становится все более мелким и ничтожным. Кто ведет борьбу за это — не вызывает сомнений: левые — враги величия, враги высшего. Правые стремятся противостоять этой деградации и этой лжи. Отличие правых политиков и идеологов oт левых проходит именно по этому пункту. Дух власти, дух величия, который левые ненавидят и стремятся изгнать, правые, наоборот, культивируют, видя в нем безусловную цель всего прочего. И что толку, если иногда в руках левых оказывается могущество — ведь дух могущества всегда у правых, а именно он является целью; что толку, если рабы, порой, бывают сильнее своих господ, это означает, всего-навсего, что произошел регресс, и человеческое развитие отброшено на эпоху назад: ведь целью-то являются господа. А их отличает дух — царственный дух господства, дух власти, дух величия... И когда еще теперь эти вчерашние рабы проникнутся самосознанием господ — сколько времени, сил, человеческой бессмысленно пролитой крови будет на это потрачено!»


Если присмотреться, автор текста из далекого 1995 г. руководствуется в том числе мотивами, совпадающими с мотивами произведённой Крыловым гипотетической реконструкции «истинно германского мировоззрения». Но стремится к их реализации несколько иным путём. Одно из первейших общих намерений – перенести разваливающиеся коллективные реальности на фундамент «личностного», «индивидуалистического», преодолеть, хотя бы в теории, антагонизм социального и частного (которое в ту пору у всех на глазах становилось агрессивно антисоциальным), как-то иначе, чем при помощи грубого упразднения одного за счет другого. Ну, и если окончательно возвратиться в наши дни, можно отметить, что современный анекдотически презабавный спор «имперцев» и «нацдемов» свидетельствует: вопреки теориям указанная проблема в мышлении большинства по-прежнему сохраняет острую актуальность – «крайности» расходятся.
promo rightview january 9, 12:24 21
Buy for 600 tokens
Что будет, если ничего не делать? Вопрос резонный, по нынешним временам, поскольку всё именно к тому и движется: минимизировать умственные затраты и обойтись без «решений» на своём веку, как в старые добрые 70-е, а после нас хоть перестройка. Решили ничего не решать. Ближайшие президентские выборы…

Profile

Br
rightview
rightview

Latest Month

May 2018
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

ДРУГИЕ АККАУНТЫ БЛОГА RIGHTVIEW

ОСНОВНОЕ

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner