August 12th, 2020

Br

Священная рябь. Лейтмотив света-и-тьмы у Эсхила и Ницше



Это что тут у нас перед глазами, четвертое фото сверху? Метафизическая поверхность. Мы уже говорили: море – удвоение неба, нисходящего в глубину. «Царение света над безднами» подразумевает проникновение лучистого в темень. Оно и проникает, а потом возвращается назад, что связано с эффектом умножения. (Если кто-то хочет сказать: размножения, то я не против.)

Море – та метафизическая глубина, которой наделена европейская античность и лишены люди, живущие в древних песках Аравии и Сирии, где только Солнце, но без встречающей, приветствующей, зеркалящей его тьмы, где нет сверкающей реальности, куда Солнце глядится и где совершается таинство. Отражения/удвоения/осознания себя.

А вот тут оно прямо перед глазами – это нечто, которое сформировало мышление полуострова «Запад»: глубоко, метафизически, понятна играющая, искрящаяся высшим рябь. Полевая/волновая структура квантующегося высшего.

Collapse )
promo rightview february 3, 14:47 81
Buy for 600 tokens
Проблема придворной политологии в том, что она не знает никаких «элит» – в её поле зрения попадают придворные и только придворные. Под «элитной конкуренцией» на эзоповом дворцовом языке разумеется самозабвенная борьба придворных клик, которая может продолжаться до скончания веков – иначе…
Br

Священная рябь. Лейтмотив света-и-тьмы у Эсхила и Ницше (продолжение)



Нарушенное равновесие кроваво и восстанавливается встречной кровью. Классический сюжет незачем пересказывать в деталях. Агамемнон погибает, вернувшись домой, от рук собственной жены, возненавидевшей его после смерти дочери (встречное движение Геи). За него мстит его сын Орест, убивая мать – не менее кошмарное деяние, вдохновленное свыше, которое требует такого же адского восстановления, и на сцене появляется предпоследний аргумент: Эринии-Эвмениды, посланницы Земли-Праматери, богини непреодолённого, длящегося и передающегося страдания, духи рессентимента и мести, «богини темных недр земли», «ненавистные олимпийцам». В финале наступает время диалога, коммуникации, дискуссии и «культурного сознания»: суд из афинских горожан под председательством Афины Паллады, который должен решить судьбу матереубийцы, голосует поровну, однако ужасные божества ночи получают солярную олимпийскую компенсацию в обмен на Ореста. Sol Invictus освещает и эти бездны. Эринии преодолены – дочерью Зевса торжественно признаны, приглашены и включены в афинский пантеон (а через него и в европейский). К божествам, означающим вечную неизбывность зла, применён оператор культуры. Ослепляющий непреодолимый свет обращает их в камень – в камень храмов, статуй и почитания. Они выведены из тьмы, мглы и тени, откуда пришли. Отныне Аттика – их гостеприимный дом. Со всеми вытекающими отсюда обетами и последствиями. Саморазрушение и хаос конвертированы в силу полиса. В финале всё тонет в бесконечном Солнце, заливающем собой сцену и гладь моря. Но и у него есть черная изнанка.

Collapse )