rightview (rightview) wrote,
rightview
rightview

Изображая критику президента

Любопытная дискуссия по поводу текста, принадлежащего перу unilevel. Текст не то, чтобы необъективный, а просто субъективный, можно сказать, даже несколько самодовольный своим субъективизмом.

Если попытаться выделить из него, собственно, мысли, то она там одна. Странный он какой-то, Медведев. Не свой до конца ни «тем», ни «этим». Не вписывается в наш привычный расклад «свои – чужие». Делает ситуацию очень некомфортной, запутанной. Сложной, от чего даже в голове начинает жужжать (unilevel, правда, пишет, что это жужжат вентиляторы президентского компьютера… но жужжат-то они где? скажем уж правду).

Медведев – не наш ни в смысле «наших», ни в смысле наших же «сукиных детей», к которым мы так привыкли (что бы мы без них делали?), пишет unilevel.

А я вот думаю: может, это хорошо? Почему бы Медведеву не попытаться стать другим?

Что, если у него от Путина такое спецзадание – сломать «расклады», которые Путину по какой-либо причине не нравятся?

Расклады, то есть искусственные вымышленные противоположности. Среди них некоторые пытаются жить, уютно устроившись, – а его, Путина, от этих противоположностей, допустим, тошнит. Глупыми они ему кажутся и неудобными. Я вот не помню, чтобы он хоть раз сдавал тест на верность «суверенной демократии». Или высказывался в её поддержку. А уж сколько он с подозрительными иностранцами встречается… можно прочесть сигнал, например, вот здесь.

Какими бы самоуважаемыми людьми ни были «те» и «другие», кто фигурирует в раскладах, позволительно задаться вопросом относительно их исторической успешности, или, точнее, успешности периода жизни страны – 2004 – 2008 гг. – когда была развернута эта, извиняюсь, бинарная оппозиция власти (смысл каламбура, возможно, раскроется где-то ниже).

Не было бы повода для такого вопроса – не гудели бы вентиляторы... Начальству видней, довольно ли оно нарисованной картинкой. Видимо, недовольно.

Раз ангелы и архангелы не справляются, бог-отец, скрепя сердце, посылает бога-сына прозондировать почву, проторить новые пути, нарисовать иные расклады.

Понятно, что тот, явившись в мир, производит впечатление и вообще чувствует себя местами не в своей тарелке. Но зачем же пальцем показывать? А ещё – путать его с новичком в классе, который имеет наглость быть не как все.

Ну, собрался он привнести нечто новое, нарисовать другую реальность, отменить прежние добрые старые противоположности (эллина и иудея, пушкиниста и путиниста, Навального и Данилина, Литвинович и Юденич), наметить, понимаешь, более перспективный синтез грядущей эпохи. Понятно, что в таких вот выскочках, что пытаются быть не как «все» (хотя далеко не «все» в расчет берутся, только «те» и «эти») для начала всё раздражает, всё кажется нелепым и искусственным. В тексте unilevel этого раздражения очень много. И выглядит оно естественно: как детская реакция – нормальное явление для нашего сопливого ещё, в общем-то, общества.

unilevel в ответ на подобные рассуждения пишет:

«Вообще-то, должность президента не предполагает простора для самовыражения. Это не деятель культурки и не хиппи-нонконформист. Думаю, когда вы садитесь в самолет, вы не предполагаете, что пилот во время полета начнет "самовыражаться", демонстрируя, на какие фигуры высшего пилотажа способен пассажирский лайнер».

Ну как тут не возразить ей, сказав вот что.

Альтернатива самовыражению - следование инструкциям, готовой технике. У пилота есть техника пилотирования (которую, правда, кто-то когда-то создавал методом проб и ошибок, этим занимались летчики-испытатели). А у нас разве где-то имеется готовая техника пилотирования самолета «Россия», брэндбук и набор инструкций управленческого стандарта, который гарантирует успех? Вы думаете, тут обойтись без импровизаций?

Вы считаете, как и некоторые другие, что мерило успеха, вершина вершин – Путин 2007 года. Ну, а что, если сам Путин так не думает, что бы он нам ни говорил в предвыборных аудиториях? Не будем отказывать ему в этом праве, праве оценивать, решать, идти дальше, выдвигать того, кого он счёл нужным.

Если, вслед за irga101 рассмотреть вопрос о достижениях на пути, который был выбран Путиным, то тут возникают, конечно, грустные мысли.

Для начала помянем предшественников. Как известно, при императоре Александре Втором стало чуть-чуть посвободнее, чем при его отце. И это можно было бы счесть достижением, потому что это была свобода и для достижений тоже. Но как мы тогда её использовали? Для достижений в стрелковом и взрывном деле. На улицах столицы, где ещё недавно Николай Павлович без охраны пешком гулять изволил.

Вспомним и Горбачева. При нём, аналогично, вздохнулось легче, чем при прежних генсеках, спасибо за то Михаилу Сергеевичу. Но не забудем отметить, что современное и тому, и другому горе-освободителю российское общество в лице своих наиболее активных представителей ответило каждому из них редкой неприязнью.

Ельцину пришлось не лучше. Все толковали полученную свободу на свой лад: то была свобода одним – воровать, но зато другим – свобода защищать общие ценности от расхищения. А уж кто как ей воспользовался, зависит от его собственной к ней готовности, энергии и ума. Все, кто не воспользовался, остались недовольны, но крайним назначили, конечно, не себя (неготовность к свободе как раз и заключалась в отсутствии привычки видеть причину в себе).

Таковы злоключения предыдущих небожителей, пытавшихся спуститься на землю. Нынешним тоже живется трудно. Младшой, благовестник, наученный опытом, не стал заходить далеко, как предки. Сделал намек на свободу и планов громадье, прозондировал почву… через ЖЖ. В ответ – практически, ничего, кроме ненависти и мата. Вернулся, должно быть, к папе, смеется и докладывает: «Не, батя, ещё не успел ничего сделать, они все там уже недовольны. Заходятся от иронии и презрения. А если начну делать… Не хотят они этого. Хотят, чтоб их просто пороли. Это и есть, говорят, главное, чем надо сейчас заняться, а то шансон горланим и воруем от мала до велика и вообще... Я их пытаюсь отвлечь от грустных мыслей, матрешку показываю, там, айфончик. А они ни в какую. Говорят, не пороть – непатриотично. Порешь – значит любишь. Так что давай ты иди. Или Игоря Иваныча высылай». А батя тоже смеется и головой крутит. Типа, сам туда иди. Работай. А может, Ницше цитирует про то, с чем надо ходить к женщине.

Общеизвестно, реформы не на словах, а на деле всегда болезненны. Нетрудно представить, как будут откорректированы реальностью любые реформаторские замыслы в наших условиях, в условиях катастрофического отчуждения людей от власти, сколько с ними свяжется личных интересов, идиотизма, эксцессов и проблем. Чем радикальнее, тем больше ком.

Например, те, кто кричит на весь интернет про решительное искоренение преступности и коррупции – понимают ли они, как это будет выглядеть, если такая борьба не на жизнь, а на смерть, сродни гражданской войне, реально начнется? Думают ли о том, что абсолютно подобно нынешней действительности они привычно окажутся в подавляемом большинстве не у рычагов бульдозера, а на дороге у обочины, и лишь в лучшем случае смогут начать вопить о злоупотреблениях борьбы со злоупотреблениями, как сейчас вопят о злоупотреблениях – если в условиях «сурового времени» кто-то позволит им вякать?

Недавно mike67 затронул в этом посте неприятную тему элементарных проявлений глубокого разрыва между людьми и властью. Люди отказывают власти в праве быть «человеческой». При этом им кажется, что они ждут и требуют от неё чего-то хорошего. А каковы на самом деле их глубинные сверхсознательные ожидания, которые программируют её будущее? В условиях роста антагонизма, о котором идет речь, реформы невозможны, они закончатся трагически.

martin_voitel, горячий обличитель Медведева, попрекнул меня тем, что «за время своего блуждания по просторам жж я, честно говоря, впервые встречаюсь с таким безоговорочным сторонником нынешнего президента»

Пишу ему в ответ.

Я не сторонник президента. Я сторонник правильной критики президента. Я сторонник той мысли, что у нас в 90 % случаев критика пороков власти ведётся с позиции и изнутри такого способа мышления, которое делает эту порочность неизбежной, программирует её. Это критика, которая в результате не только не улучшает власть, но усугубляет все её проблемы.

Вспомните критику власти в 1917 г. Вспомните российско-советское народное отношение к власти на протяжении всего XX века. Давайте ещё раз помянем 1991 год. Ничего не меняется: власть - критика власти - её дальнейшая деградация - её ещё более рьяная критика - окончательное разложение. Ну так ведь?

Я называю этот преобладающий, столь любимый и привычный в России дефективный способ говорить о недостатках власти (вообще относиться к власти) «левым». Вот у меня в блоге вы можете найти примеры того, что можно назвать критикой справа. (Термины «правый» – «левый», оговорюсь, трактую более широко в сравнении с их стандартным употреблением.) Но она непопулярна.

Должен, кстати, отметить: какова критика, такова же у нас и господствующая форма апологетики: порой, ещё хуже самой агрессивной критики, тоже – левая. Две взаимно обусловленные формы одного и того же.

Левая критика, левая апологетика основаны на левой идее априорной противопоставленности человека – власти, отчуждении одного от другого. В равной мере они стимулируют разрыв реальности и прогрессирующую деградацию власти, обесчеловеченной, лишенной смысла, впавшей в бессмыслицу аппаратно-бюрократического автоматизма.

Это не тот путь, которым хотелось бы следовать.
Subscribe
promo rightview february 3, 14:47 81
Buy for 600 tokens
Проблема придворной политологии в том, что она не знает никаких «элит» – в её поле зрения попадают придворные и только придворные. Под «элитной конкуренцией» на эзоповом дворцовом языке разумеется самозабвенная борьба придворных клик, которая может продолжаться до скончания веков – иначе…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments