rightview (rightview) wrote,
rightview
rightview

Category:

Запнулись

СССР рухнул не вследствие происков мирового капитала, ЦРУ, Моссада и т. п., а потому, что – по причине собственной недалёкости, метафизической нечуткости – правители самолично забивали в головы населению левую культуру отпадения от духа власти, слабости и бунта (а также предательства, производного от этих компонентов). Народно-освободительная борьба, Чернышевский, революционная интеллигенция, всемирная солидарность со слабыми и угнетёнными и т. д. Это не могло закончиться иначе, чем закончилось: катастрофическим ослаблением, распадом, изменой, деградацией. Смысл закономерно случившегося падения можно найти разве что в том, чтобы извлечь уроки и, поднимаясь вновь, не повторять ошибок прошлого. Но мы пока отнюдь не достигли состояния, откуда можно считать это осмысление свершившимся фактом.

название или описание

название или описание

И вот тому пример : «Глава компании «Роснефть» Игорь Сечин обратился к властям Москвы с предложением назвать в честь Уго Чавеса Проектируемый проезд 5509, расположенный между Ленинградским проспектом и улицей Авиаконструктора Микояна».

Что сближает Сечина, претендующего, по мнению его сторонников, на имперскость манер, с «пламенным трибуном»? Ему мало. Они хотят повторения. Всё та же слепота на уровне Брежнева/Суслова, чутьё, безошибочно выбирающее противопоказанное и самоубийственное. Признаков эволюции – развития самосознания власти, выхода его на новую высоту, откуда открывается новая глубина – не наблюдается. Власть, которая ещё себя не осознала (Властью), культурно и интеллектуально нищая. Аппарат, но не элита. Операционализм, лишенный смысла.

Это предложение переименовать улицу – как метафизическая лакмусовая бумажка. «Они не настоящие».

Сам факт существования моды на персонажей типа Чавеса является признаком аналогичной внутренней слабости американской силы. В мире победивших нелиберальных взглядов 20-х – 30-х гг не было бы никаких Чавесов. Как ни парадоксально это прозвучит, своей дружбой с крикливым противником западного империализма Сечин отождествляется с американцами в главном. Они стыкуются в сумеречной зоне затянувшейся петли мгновения современности – в текущем левом, переходном и неистинном состоянии действительности, где вещи избегают своих имен, а имена отрицают вещи.

«График работы в “Роснефти” сильно отличается от графика работы в любой частной компании … утверждены стандарты и политики, в рамках которых есть ненормированный рабочий день, очень часто работаем в субботу. Очень многих это не устраивает», рассказывают сечинские подчинённые.

Ради кого, ради чего он там остервенело трудится, возводя небоскреб на болоте? Лучше бы оторвался от нефтеналивных будней и посидел немного без суеты, поразмыслил о жизни. Со стороны может в какой-то момент показаться, что Сечин топит в нефти свою жизненную и ценностную дезориентацию подобно тем, кто традиционно топит её в алкоголе. Я работаю для людей, гласит дежурный ответ каждого, кто привык гонять людей как сидоровых коз. Я работаю для России, еще иногда говорят те, для кого Россия сводится к их собственному кулаку или кулаку шефа. Для людей и для России – да, возможно, но требуется уточнить: для каких людей, для каким образом понятой России.

Сечин спасал негров в Анголе. Сегодня он привычно борется за их права в Москве и окрестностях. Для масштабной постановки дела нужно найти в здешних краях черных друзей (этого) человека в приемлемом количестве, точнее, достаточно произвести кого-то в таковых. Государственная система, любезная Сечину, работает как сервис по фабрикации негророссиян и их последующей социальной защите, видимо, от них же. Только стесняется заметить это.

Проблема в том, что параллельно она одержима добротной империалистической жаждой успеха в этом реальном мире, в мире, ненавидимом Чавесом. Сечин, продвигающий своё детище, хрестоматийно построенное на костях конкурента, демонстрирует рвение и хватку Рокфеллера. Сечинская амбициозность и стиль менеджмента «Роснефти», упоминаемый в тексте «Ведомостей», соответствуют не стандартам госкомпаний, но обычаям времен раннего нефтяного капитализма.

Игоря Иваныча не только рвёт на низвержение мирового зла, его еще и тянет к нему, к этому злу, словно к своему отражению в зеркале, которое он никак не идентифицирует, но что-то родственное в нём неясным взором всё-таки усматривает.

С ExxonMobil и BP он на равных. Признан своим в мире «титанизма». Он-то признан, но с трудом узнаёт «своих». Именно потому, что не вполне сам себя знает. Они знают его лучше. Но всё ещё не до конца.
Tags: Сечин, Чавес, идеология, силовики
Subscribe
promo rightview march 6, 00:18 123
Buy for 600 tokens
В России не верят в суды. Не верят в институты. Не верят в чиновников. Не верят в иерархов церкви. Не верят друг другу. Не верят, что ни во что «это» не верят. Однако твёрдо верят, что через «всё это», сплошь конкретно никакое, ложное и гнусное само по себе, веет некая «правда», некая…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments