rightview (rightview) wrote,
rightview
rightview

Categories:

Нет произведения, нет и дирижера

Георгий Бовт недостаточно последователен в этой статье.

«Никакой «заговор» номенклатуры или «патриотически настроенной» части ее против Путина сегодня решительно невозможен. Нет такой внутри ее «части». И раскол невозможен. Нечему и не на что колоться. Каждый за себя» – пишет он.

Но тогда повисает в воздухе феномен власти, растворяющийся в тумане безвластия. Из распада элиты, каковой диагностирует Бовт, неминуемо следует распад инстанции, претендующей контролировать элиту. У неё нет опоры. А в комплиментарном описании Бовта инстанция держится на удивление бодрячком. Я стараюсь не допускать этого противоречия и не отделяю анализ состояния протоэлитного слоя от анализа состояния «народа» (что значит общества в целом) и всё это вместе – от разбора «профпригодности» правящего субъекта.

Последний в представлении автора парадоксальным образом конденсируется откуда-то издалека на фоне торжества процессов прямо противоположного свойства. «Надо отдать ему должное: учитывая печальные российские традиции, пользуется он своей неограниченной властью более чем сдержанно и даже деликатно» – говорит Бовт, выдавая сказанным недооценку глубины упомянутой реальности. Откуда она берётся, «неограниченная власть» – вот такая, готовая к употреблению, словно доставленная на заказ курьером из интернет-магазина, первозданно-монументальная вопреки деликатности нынешнего юзера? Такое правда бывает: неограниченная власть, чью кондиционность можно сохранить, деликатно применяя?

Кстати, если поддержать тему ритейла: в официальном комплекте поставки обычно прилагается инструкция, толстенькая такая книжечка. А её кто-нибудь видел в руках обитателей Кремля? Если же там в ходу ворованный БУ экземпляр без документов, то деликатность использования не спасёт от неверного действия. При таком угле зрения деликатность отражается, как в зеркале, становясь качеством не предмета, но описания, с обратным знаком: мягкой манерой обозначить грубость несоответствия образцу, предсказуемость непредсказуемых последствий нештатного применения устройства. Игнорирование неизвестных правил эксплуатации агрегата через какое-то время выводит его из строя.

В целом авторское «не верю» по отношению к официозным политдекорациям «третьего срока» распространяется на оптимизм его исходного пункта:

«Путин сам еще медлит, колеблется, не хочет определяться окончательно с четкими правилами игры или же сознательно держит всех в неопределенности. Которая, конечно же, ему все равно на руку, как, собственно, почти все, что происходит в российской политике. Так уж как-то получалось до сих пор. <…> Он, таким образом, остается главным – и явным, и тайным – дирижером российской политики».

Это иллюзия. Современно-российская точка зрения состоит в том, что дирижируют – оркестром; однако в мире в целом чаще встречается взгляд, согласно которому всё-таки не просто оркестром, но исполнением произведения, каковое играет оркестр. Нет произведения, нет «правил игры», нет и дирижера. Чтобы издавать какофонию, дирижер не нужен в принципе, с этим легко справиться и без него. Пюпитр же пуст. Произведения (и правил, как признал сам же Бовт) не заметно и в уме. В глазах ничего не читается; результат на выходе соответствующий – постфактум причислить к одному из музыкальных жанров хаотично шарахающиеся звуки не позволит даже ультракреативный постмодернизм текущего разлива.

Нарисованную Бовтом идиллию портит одно досадное обстоятельство: упрямая динамика рейтингов. Пока Кремлю не удалось выработать адекватного системного ответа на негативный тренд. Неудовлетворенность рассерженных потребителей, выпестованных путинским режимом, продолжает накапливаться. Стукнув по креативной головке уходящего в глубину массива недовольства и насладившись видом растекшихся мозгов, власть не стабилизировала ситуацию, но лишь вскрыла зачаточную декоративность этой условной надстройки на теле монстра. Пузырёк лопнул, но его содержимое не много добавило к изначально предполагавшейся характеристике объекта. Монстр как был безумным, так и остался, а безопасности не прибыло. Перед этой воплощенной безголовостью («бессубъектностью») любая голова невольно уходит в плечи и чувствует себя слегка неуместно. Длинная шея должна обострять это ощущение, беда в том, что по ней всё очень медленно доходит.
Subscribe
Buy for 600 tokens
Мы описываем нечто, какую-то диковинную штучку или что? Оно вот такое и разэдакое, а, кстати, где? Где оно лежит? Это такая утопия? Да, очень интересно изложена метафизика некоего государства, которое я называю правым. Ну и что? Приблизилось ли оно этим описанием к воплощению в реальность?…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments